ТЕМЫ
Архив
< Июнь 2021 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30        
Сегодня
Новости медиажизни в Иркутской области

Обзор иркутской колумнистики и Facebook: школьные годы чудесные, лайфхаки политологов и снова о наружной рекламе

Иркутск, 27.05.21 (ИА «Телеинформ»), - Как раньше укрощали школьных хулиганов, чем заняться политологу в Иркутске, дао смирения и еще разок о наружной рекламе. Телеинформ подготовил новый выпуск обзора иркутской колумнистики.

Волнующее и острое

Тема образования вторую неделю не покидает умы иркутян. Оно и неудивительно: 22 мая отзвенели последние звонки в школах. Если на прошлой неделе иркутский сегмент Facebook вдохновенно спорил о пользе и вреде ЕГЭ, то на этой – обсуждал школьных хулиганов.

«А вот интересно, когда я училась в самой обыкновенной советской школе, у нас психологов не было, а хулиганы были. И на этих хулиганов, которые, вступив в подростковую пору, становились особенно неуправляемы, всегда находилась твердая рука. Помню, как географичка огрела линейкой особенно распоясавшегося Вовку. Конечно, вот в это современное время географичку бы осудили и уволили, а Вовка, получив утешение, которое расценил как поддержку, и дальше стал бы проявлять необузданный нрав, допекать учителей и мешать остальным 30 ученикам внимать насчет квадрата гипотенузы или особенностей среднерусской возвышенности. К Вовке, как герою дня, примкнула бы еще тройка-пятерка таких же вовок, и вполне оформившаяся подрастающая стая терроризировала бы и нашу возвышенность», – пишет пост Яна Лисицина.

В комментариях читатели делятся своими воспоминаниями об отнюдь не золотой школьной поре.

«И линейкой получали по рукам и по голове, и в углу стояли перед всем классом, или перед всеми классами на линейке под осуждающие слова директора и завуча. Но учителей уважали и боялись. Хотела бы я сейчас другого отношения ко мне? Нет, все было правильно и вовремя», – отмечает Екатерина Алексеева.

«В нашей школе хулиганам было хорошо. Отдельные учителя еще могли у себя на уроках наладить дисциплину (в том числе прямым физическим воздействием), а в целом мрак. Хулиганов и дебилов «тянули» до 8 класса, после которого их можно было спихнуть в «фазанку». За успеваемость и ЧП гороно дрючило школы, поэтому не «тянуть» и не закрывать глаза на драки, грабеж, воровство и т.п. было нельзя», – вспоминает Всеволод Напартэ.

С ними не согласен Вадим Мельников:

«Да, еще и авиакатастроф в стране не было. И даже эпидемии сибирской язвы в Свердловске. Да много чего не было, в том числе ГУЛАГа. В советское время вообще ничего не было. Только вот я помню, как в 1989 году перед моим домом была драка человек 50 стенка на стенку. Я смотрел на это лично. Но в газетах ничего про это не было, значит не было. Про школу и вспоминать не хочу, чего там творилось. Я дрался за гаражами каждую неделю, стабильно. Но Ютуба не было, значит – не было) …учителей били и нередко с летальным исходом. В фазанках вообще никто работать не хотел – вполне известный факт, у меня тетя преподаватель. Там огненный континент был. С нынешним не сравнить».

Впрочем, говорят, что так было далеко не везде:

«Я закончила ПТУ. Сама захотела из школы уйти, чтоб рабочую специальность получить. Универ был потом. Но, не было у нас в училище отморозков. И преподавателей не били. Обычные ребята там учились. Это было в Черемхово. Может, в иркутских фазанках беспредельничали? А про «линейкой по башке» – все правда. Эффективный был метод борьбы с хулиганами и двоечниками. Все знали, например, если у Вани на уроке кто-то начнет болтать – тот получит. Ваней мы звали учителя истории, потому что он был в школе самый молодой», – возражает Елена Малышкина.

А вот что происходит сейчас:

«В школе кризис. Многоплановый. Она больше не воспитывает будущих граждан страны, а «предоставляет образовательные услуги». Соответственно понижение статуса учителя до обслуживающего персонала. А «педагогически запущенные» дети, они как удав, всегда давят сильнее почуяв слабину. Кроме этого давления «снизу», не учителя давит руководство, обязывая выполнять многочисленные бюрократические требования. Такие условия буквально вынуждают педагогов заниматься имитацией. Теперь главное – презентация и отчетность. Короче, ушли мы со своим семиклассником на домашнее обучение. Сейчас трэшевые новости из родительского чата – это новости из параллельной вселенной. К огромному нашему облегчению», – делится Дмитрий Иванов.

«У учителей отобрали механизм воздействия, – считает Елена Маслова. – Сейчас даже выгнать ученика с урока нельзя: если он уйдет и порежется где-то или еще что-то в учебное время, учитель будет виноват. И еще куча перекосов. Учитель – на острие, он должен выставлять барьеры, пусть иногда жесткие, о которые ученик будет биться, разбивать лоб, но и нарабатывать тем самым себе модель поведения. А у нас всеобщая любовь. Честно, я не помню прямо насилия со стороны учителей в советское время. Линейкой по затылку отморозку – для меня нормально. Может, я неправильная мать».

Яна Лисицина в итоге подводит черту: раньше «о каком-то физическом насилии даже речи быть не могло – разве может ученик перерезать горло учителю, разве такое бывает? Или обматерить? Чушь какая-то. Был предел между обычным подростковым бравированием и хамством, агрессией. Если человек этого не чувствовал, то давали понять, и достаточно жестко. Социум поправляет и направляет подрастающий молодняк, который по неопытности и прыткости не всегда чует берега. Но если человек был неуправляем, то им занимались более плотно и, судя по дальнейшему поведению, результативно. Сейчас идет сплошным поток информация о насилии в школе, где агрессорами выступают школьники. В основном, это мальчики. Отчетливо слышны голоса, что виноваты именно учителя. Что нет реальных механизмов воздействия на таких ребят, да и зачем – важно соблюдение их прав, ну подумаешь – балуются, это же самовыражение свободной личности. Что не нужны никакие превентивные и тем более карательные меры – онижедети. Да кто бы спорил…»

Политика, физика и лирика

Колумнист ИТГ Сергей Шмидт раскрывает читателям лайфаки, которыми можно пользоваться при ситуационном анализе иркутской политической жизни.

«Начинается думская избирательная кампания и относительная ясность существует в ней только в отношении «Единой России». Примерно понятно, кто пойдет по одномандатным округам, как будет выглядеть региональная часть партийного списка и сколько в ней будет проходных мест. Однако мало кто из политологов может сказать что-то внятное про персональных списочных и одномандатных участников выборов со стороны КПРФ. Исключение – Михаил Щапов, про которого точно известно, что, во-первых, он будет избираться в «своем» округе, во-вторых, «Единая Россия» не будет осложнять ему избрание выставлением там собственного ресурсного кандидата».

Вместе с этим колумнист подчеркивает, что речь не идет о зависимости КПРФ от администрации президента и при анализе предлагает не спешить: «Надо дождаться, когда в «партии власти» со всем и всеми определятся, все подсчитают, всех назначат и… выявится линейка «обиженных единороссов». Тех, кому не досталось, не хватило, или досталось не по чину и самооценке мало. Надо дождаться, когда выявятся все «обиженные единороссы», оценить-подсчитать набор ресурсов, которым каждый из них располагает, прикинуть степень зашкварности для каждого из них в сотрудничестве с КПРФ и только после этого делать, что предположения, что выводы насчет того, как будет действовать и на какие результаты сможет претендовать КПРФ в думской кампании. Вот и все. Осеннюю КПРФ по июньским единороссам считают. По обиженным единороссам».

Юрий Пронин размышляет о том, может ли измениться ситуация в стране от перемены руководящих фамилий. Но простой перестановки фигур, считает он, недостаточно.

«Вся штука в том, что необходимы системные перемены. В статусе, полномочиях, подотчетности парламента, президента и правительства, судебных и правоохранительных органов, федеративного устройства, медийного пространства, структуры экономики, характере внешней политики, по ряду других направлений. И все это не горстью разрозненных решений, а во взаимной увязке, комплексно, последовательно. И по темпам – быстро, но не головокружительно. И вот с таким пониманием у нас совсем беда – и среди тех, кто за нынешнюю власть, и у тех, кто в оппозиции.

Смысл этих рассуждений не в том, что, мол, ничего не поделаешь, у России такая планида и надо сложа руки ждать у моря погоды. А то и вообще ничего не ждать. Отнюдь, хотя и рецепт не похож на чудесное исцеление в один момент («вот придет вместо плохого барина барин хороший»): надо, прежде всего, ответить на известный вопрос «Что делать?». Точнее, нужны ли глубокие перемены. А если да, то какие и каким образом. И только затем подумать о том, кто их возглавит. Ибо мы исчерпали лимит не только на революции и войны, но и на кумиров. И, значит, смена лидера страны вообще должна перестать быть проблемой. Чуть засиделся, чуть промахнулся – меняем без тени сомнения и, главное, двигаемся дальше. Рутинный вопрос, не более того. Никаких «обнулений», третьих сроков, преклонений, восхвалений и т.п.».

Михаил Дронов рассуждает о том, как трудно быть человеком в стране инопланетян:

«Дао Смирения (в поучение собратьям по либероиднутости головного мозга):

– Увидеть в ленте пост известной дамы, работающей в сфере бизнес-консалтинга, узнать из него, что «что-то клиент не идет, экономят…»

– Вспомнить, что около года назад дама была в первых рядах горячечных сторонников путинских поправок в Конституцию.

– Сформулировать даже уже было максимально сухой вопрос – типа, «А не усматривается ли хотя бы косвенная связь между политическим действием и последствиями для делового климата в стране?»

– … И не написать ни слова.

– … Выдохнуть. Закурить. Продолжить работу по проектированию мер выживания бизнеса в условиях продолжающей падение экономики.

Трудно быть человеком в стране инопланетян (или инопланетянином в стране людей, точка отсчета не важна в данном случае). Но – Дао».

Литература на этой неделе тоже пишет о политике. Влад Толстов в новом обзоре новинок книжного рынка делится подборкой изданий по истории, среди которых – двухтомник «Кембриджской истории капитализма», «Русский всадник в парадигме власти» Беллы Шапиро, восьмой по счету том многотомного исследования Бориса Акунина, его авторская интерпретация российской истории. Кроме того, в обзоре – книга Джона Барри об истории самой смертоносной эпидемии 20 века – испанке.

Заслуживает внимания и труд, иначе не назовешь, британского историка Энтони Бивора «Битва за Арнем. Последняя победа Гитлера»: «…совсем недавно вышла его книга о сражении в Арденнах. Но если про Арденны российский читатель имеет какое-никакое представление, о битве за голландский город Арнем, где в сентябре 1944 года танковые дивизии СС и войска вермахта покрошили десант союзников, мало кто знает. Восемь дней Арнем оставался самой горячей точкой западного фронта, и Бивор, как всегда, представляет чуть ли не поминутную хронику событий. Его книгу читаешь не как историческое исследование (а это очень тщательно выстроенное исследование, трудно представить, сколько документов и свидетельских показаний ему пришлось перелопатить), а как увлекательный роман», – пишет Толстов.

А Павел Ребриков показывает подписчикам доходный дом купца Катышева в центре Иркутска на улице, очищенной в фоторедакторах от наружной рекламы, и сетует, что администрация никак не воплотит это в реальность.

«Пост… об Иркутске, точнее, о том состоянии, в котором усилиями горожан пребывает его центральная, историческая часть. Я удалил. Потратил полтора часа вечернего времени и пару кружек чаю. Не упирался кстати, не было задачи сделать «wow». Просто сделал… Зачем? Потому что могу! В отличие от административных геростратов, занятых PR-борьбой с дворцами. А еще затем, чтобы посмотреть и показать, как должно выглядеть историческое здание, ну «ok», его фрагмент. Чтобы наглядно продемонстрировать, что подобная реклама не «двигатель торговли», а дрянь и зло, которое никто не замечает. Точнее, старается не обращать внимания, не реагировать, не цепляется глазами, как обычно делают с уродливыми, безобразными явлениями. Защитная реакция – «Я этого не замечаю, значит, этого нет. Все равно ничего не исправишь». Это же не пресловутые голубые флаги.

Почему? Потому что исправить можно… Просто взять и запретить подобную дрянь хотя бы в границах центра. Не только в первой линии, но во второй и в третьей. Хотя бы из соображений туристической привлекательности. Арендаторов в здании как насельников в Теремке, и каждый со своим мнением и вкусом, которые не имеют отношения ни к здравому смыслу, ни к эстетике. Отчего адское пламя еще не пожрало последовательно заказчика, дизайнера, чиновника администрации и изготовителя этой «красоты», я тоже не понимаю».

Вместо тысячи слов

В заключение – еще несколько кадров. Алексей Головщиков показывает тревожно-прекрасный кусочек Иркутска, вырезанный солнцем на фоне грозового неба.

Анатолий Бызов публикует снимок дома, «потерявшего былую осанку»:

«Дом, оказавшийся ниже «ватерлинии» дорожного полотна после поднятия участка улицы Байкальской. Проезжая на транспорте, вы его не увидите, только крыша-»макушка» торчит. Ножками надо, ножками».

А Елена Трифонова резюмирует:

«Какая весна в Иркутске, такие и цветы. И они смеются над нами, вот приглядитесь».

Обзор подготовила Мария Маякова, Телеинформ

 
О чем пишут иркутские колумнисты и блогеры?
Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования Яндекс.Метрика
  • Все права защищены © ООО «ИРА Телеинформ». Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на i38.ru (для интернет-СМИ) или на ИА «Телеинформ» (печатные, эфирные СМИ)
  • Дизайн-концепция © «Gombo Design». Верстка и техническая поддержка © «БайкалТелеИнформ»
  • Регистрационный номер — ИА № ФС 77 - 75717, выдан 24.05.2019 Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)