ТЕМЫ
Архив
< Ноябрь 2021 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30          
Сегодня
Новости медиажизни в Иркутской области

Обзор иркутской колумнистики и Facebook: свобода самовыражения в школах и политики прошлого и будущего

Иркутск, 19.09.21 (ИА «Телеинформ»), - На этой неделе иркутяне спорили о дифференциации ученических причесок, вспоминали собственные «школьные годы чудесные» и немножечко говорили о политике. Телеинформ подготовил новый выпуск обзора иркутской колумнистики.

Волнующее и острое

Одной из главных тем, затронувшей иркутян на этой неделе, стала ситуация вокруг 12-летнего школьника и его педагогов. Стороны не сошлись во взгляде на прически. Подробнее можно прочитать по ссылке. Сам конфликт произошел в начале сентября, но обороты набрал к середине месяца, когда о ситуации высказался депутат ГД Сергей Тен:

«Я про мальчишку шестиклассника, которого не пустили в мою родную школу из-за прически, из-за «хвостика» на голове. В школе есть правила, которые надо соблюдать, которые нужно уважать. Правила, выработанные поколениями учеников и педагогов, правила которые соблюдаются уже три десятка лет и действие которых мы тоже испытали на себе, когда в девяностых нам запрещали ходить в школу в китайских адидасовских спортивных костюмах, помните такие? Безусловно, дети должны иметь право на самовыражение и самореализацию, но свобода – это не значит вседозволенность. Ты можешь самовыражаться до тех пор, пока не затрагиваешь интересы окружающих тебя людей, не затрагиваешь интересы окружающего тебя общества. Если не нравится, если не устраивает, пожалуйста, в Иркутске есть школы, где не такие высокие требования к внешнему виду учеников, учитесь там на здоровье. А если ты пришел именно в эту школу, если родители приняли такое решение, то будьте любезны уважайте общество, которое вас окружает. Правильно поступили в 47 школе».

И все, как говорится, заверте...

Гульнара Веселяшкина комментирует:

«В очередной раз в негативном свете обсуждается Иркутск. В 47 лицее ученика не пустили на уроки из-за прически.

У каждого свой взгляд и свое мнение на этот вопрос. Я лично совершенно на стороне ребенка. Ну ходили же мы уже строем, хватит. Теперь никогда не догоним тех, кто позволял школьникам быть свободными и индивидуальными.

В защиту иркутских школ скажу, что не везде так плохо. Мои сыновья уже несколько лет назад закончили 32 школу, но до сих пор, когда нужно, мы оставляем ключи от своей квартиры… в школе на вахте. Такая у нас степень доверия к нашей школе, а у нее – к нам, причем за ключами могут прибежать племянники или племянницы: там знают всех наших 100500 родственников. А с бывшим директором мы периодически созваниваемся, и я иногда консультируюсь с ней по русскому языку – бывает нужно по работе, и Светлана Викторовна всегда с теплотой отзывается о моих парнях, хотя отличниками, супер-примерными и послушными учениками они особо не значились».

Ей возражает Александра Зуева:

«Смотри, школа не должна быть на стороне какого-то отдельно взятого ребенка. Она должна быть на стороне своих учеников в целом. И ситуация, что к 12-летке вдруг без всяких видимых причин применены такие меры за еле заметный хвостик на голове, мне кажется странной. Я бы могла допустить, что это просто вот такой коллектив извергов собрался, если б дети там не учились, но нет, мой опыт говорит, что это не так. Это совершенно точно НЕ коллектив извергов. Остается предполагать, что мы чего-то не знаем. А если этот ребенок оскорблял других детей, уже можно посадить его на день в другую комнату? А если педагога? А если не давал учиться и нарушал этим права других детей? Много «если», понимаешь. Мы видим ситуацию так, как ее пересказал родителям наказанный в школе ребенок. Даже если он не искажал ее намеренно в свою сторону, усугубляя – точно ли 12-летка может быть на 100% объективен? Точно ли он понимает, за что его наказали вообще?»

Дмитрий Таевский вспоминает:

«Как известно, в советской школе был введен обязательный дресс-код. У девочек он был тупо скопирован с дореволюционной моды для прислуги, а для мальчиков в 70-е были введены стандартные костюмы. Весьма убогого вида и низкого качества.

Меня от этого единообразия всегда корежило, и при первой же возможности я стал его нарушать. Ну, в 14 лет мозгов не так много, как и вкуса, зато много увлечений, в том числе хиппи и американской культурой. В итоге в школу я ходил в джинсах, оранжевой водолазке с американским шейным платком, и с волосами до лопаток. От обязательного костюма оставался только пиджак, во внутреннем кармане которого всегда лежала пачка «Мальборо». Курить я никогда не курил, сигареты были элементом «шерифского» стиля. Я бы их и в наружном кармане носил, но не влезали.

Понятно, что завуча по воспитательной работе, старого сталинского сокола, любимой фразой которой была «разнузданный молодчик», периодически от такой картины рвало на части, и она вызывала на ковер папеньку.

Папенька, между прочим, педагог на тот момент с двадцатилетним стажем, приходил к завучихе, выслушивал претензии, затем спокойно спрашивал:

– К учебе вопросы есть?

К учебе вопросов не было, я был отличником.

– Ну, когда появятся вопросы к учебе, вызывайте.

И так же спокойно уходил.

К чему это я. Школа, как известно, может нести две функции. Учебную и воспитательную. Учебная функция – основная. Воспитательная же зависит от позиции государства, общества и менталитета в целом. Если школа берется осуждать хвостики и в целом внешний вид ученика – то она должна тем самым подписаться под тем, что она берет на себя воспитательную функцию в полном объеме. И как следствие, она должна нести за эту функцию всю ответственность. Школа готова нести такую ответственность в полном объеме? Не думаю. Так же как государство не готово ей эту функцию и ответственность делегировать. А раз так – отстаньте от хвостиков.

Если какой-то училке сильно хочется выровнять всех по ранжиру – ей пора или на пенсию, или перечитать книги по педагогике. Потому что школа – не армия. Школа – образовательное (!) учреждение.

Кстати, в патриархальные 70-е годы девочки ходили в школу в таких мини-юбках, причем официально, что нынешних Милоновых и Слисок убило бы наповал. И ничего, никто не умер».

Михаил Дронов отмечает:

«Ладно, давайте еще раз про «хвостик мальчика» – а точнее про «хвосты общественного недостроя», как я вижу их своим либерастическим взором (не-не, никаких наездов на консерваторов и духовность тут не будет!) Итак.

Уже высказывался – что при всей своей симпатии к нонконформизму, я поддерживаю и право школы (не «вообще как института», а «определенных учебных заведений», это важно) декларировать собственный консерватизм, поднимать его на щит – и использовать как конкурентное преимущество на рынке образования (а их выпускники – имеют право на равных с разнузданными юными либерастами конкурировать идеями в строительстве общенационального Будущего).

Загвоздка тут одна: в институциализации. На презренном Западе, скажем, репутация «католической средней школы для девушек» устоялась десятилетиями (если не столетиями) и никто туда не отправит подростка-фаната мини-юбок. И, соответственно, будущий работодатель – будет готов принять в свою фирму юную коллегу с определенным стилем поведения (и, возможно, даже будет намеренно искать таковую). В современной России с понятием «репутация» все очень скверно, по понятным причинам (наследие тотально усредняющего совка + попытка технократической стандартизации гражданской жизни в перезрелом путинизме). Обществу необходим инструментарий объективизации «местной идеологии и традиций» (и это касается не только школ – но и целых городов и отраслей). Только тогда может прекратиться идиотское требование всеобщего соответствия групповым или личным вкусам (будь это вкусы «западника» или «славянофила»).

И еще, по поводу конкретных требований к прическам или дресс-кодам. Многие уповают на «устав школы». Мол, надо там «прописать допустимые и недопустимые параметры» и будет нам щастье и понятность. Не, не получится. Вот почему: невозможно предусмотреть все – и собирать корректирующий уставы кагал по поводу каждой модной новации (ну вот после нового, 2024-го года вдруг вошли в моду светящиеся колготки: как быть?!) Истинный «дух» Свободы или Смирения – не в детальной регламентации каждой мелочи – а в «согласии с принципом». Очень простое движение росчерка родительского пера по договору: отдавая дите в Консервативное учебное заведение – вы заранее готовы без обсуждения принять ЛЮБЫЕ требования администрации к внешнему виду – будь то одежда, прическа или цвета татушки на ягодицах. Только так из ребенка получится реальный законопослушный Консерватор (и в некоторых отраслях – ему цены не будет в будущем). А именно вырастить послушного иерархии Консерватора – истинная педагогическая задача Школы с соответствующим воспитательным уклоном. Просто в рамках такого подхода – эта задача проговаривается без обиняков, открытым текстом».

Политика, физика, лирика

О политике рассуждал на этой неделе колумнист ИТГ Сергей Шмидт, перебирая собственные впечатления от избирательной кампании этой осени.

«Сначала повторю уже много раз произнесенную (кем только не произнесенную) банальность. Избирается очень важная для действующей власти Дума. Дума, которая будет действующей в 2024 году. Это год, который до поправки об обнулении четырежды президента Российской Федерации именовали «годом транзита», который сейчас воспринимается как год разрешения ключевой интриги политической жизни в России. Формулировка интриги проста: станет ли преемником Владимира Владимировича Путина сам Владимир Владимирович или же трагикомедия российской политики пополнится новым персонажем или, правильнее будет сказать, актером? Возможно, что хорошо известным, но уже в новом амплуа…

Может, это на первый взгляд и покажется странным, но данные думские выборы оказались «выборами для политологов», а не «выборами для избирателей». Более скучных для граждан кампаний партий и политиков старожилы и не припомнят… Есть версия (которая отчасти опирается на некоторую информацию), что анабиозные кампании основных политических сил обусловлены не отсутствием денег и даже не желанием их сэкономить, а адекватным пониманием того, что они всем надоели и лишний раз напоминать о себе избирателям – это отнимать у самих себя голоса. Чем меньше о них будут думать, тем больше голосов они получат».

В отличие от Сергея Шмидта, который размышлял о тех персонах, которые получат некоторую власть после Единого дня голосования, главред «Байкальских вестей» Юрий Пронин вспоминал тех, кто эту власть потерял. За примерами, пишет он, далеко ходить не надо, вся мировая история ими полна: Македонский, Юлий Цезарь, Наполеон… Ну и в России таковых хватает.

«Ярчайший пример – император Александр II Освободитель. Реформы самодержца встретили непонимание в правящих кругах, переходящее в глухую фронду. Ну а те, кому была адресована свобода, отплатили серией покушений на царя, в итоге отправив его на тот свет. Возможно, те реформы запоздали. Или в их проведении были серьезные ошибки. А кто-то считает, что их не надо было проводить вовсе: мол, наилучшая формула «православие, самодержавие, народность» в исполнении Александра III.

В числе таковых, например, персонаж с «иркутскими страницами» – Александр Васильевич Колчак. Вроде исполинская фигура, но, с другой стороны, оказался не в то время не в том месте, да еще и сделал многое не так. Или, можно сказать, его антипод, тоже бывавший в Иркутске, – Лев Троцкий. Он, в отличие от Колчака, не был на государевой службе до революции, но затем куда дольше держался в седле, чем Верховный правитель. Однако в итоге тоже вылетел из колеи на крутом повороте…

Сейчас ситуация иная – внешний баланс между «камарильей» и народом соблюдается уже более 20 лет. Правда, исключительно за счет личных качеств правителя, его способности находить оптимальные шаги для удержания власти. Но в который раз все завязано на одного человека, а система сдержек и противовесов не создана. Точнее, ее слабые ростки были последовательно, целенаправленно растоптаны. А значит, в обозримом будущем, пусть и после «путинского антракта», нашу страну опять будет штормить, и амплуа «свой среди чужих, чужой среди своих» останется востребованным».

И совсем о другом пишет Влад Толстов в очередном обзоре книжных новинок. На этот раз в фокусе его внимания – книги о людях творческих: рисующих, пишущих и даже оргазмирующих. «Переиздание знаменитого культурологического исследования, посвящено, конечно, не оргазму как таковому, а истории наслаждения в западном обществе за последние примерно 300 лет. Оказывается, наслаждение прежде, в Средние века, не осознавалось как часть человеческой культуры – более того, не было даже понятия, что это такое! Сама концепция наслаждения, гедонизма, неких плотских и светских утех появилось уже в Новое время, и Робер Мюшембле, известный историк культуры, раскладывает по полочкам, как стремление человека к наслаждению изменило культурные архетипы в литературе, живописи, музыке и прочих искусствах», – пишет Толстов. Также в подборке – советы о том, как правильно писать диалоги в романах и сценариях, культурологическое и историческое исследование детских вещей, игрушек, одежды и мебели, плюс биография «Металлики» от ее фаната и книга о том, «откуда есть пошла» история регги.

Еще одна подборка Толстова – о книгах издательства «Эксмо». В ней и книга о двух современных Робинзонах, и тяжелая история о жизни мальчика с отцом-манипулятором в американской глубинке 60-х, и роман-путешествие о двух непохожих женщинах в послевоенной Британии, и новое произведение современного китайского классика, где главным «героем» выступает мясо: «его едят, жарят, маринуют, угощают им почти на каждой странице. Мясо как метафора успешной, состоявшейся, сложившейся жизни».

Тем временем в соцсетях вспоминают разное. Вот Яна Лисицина – по мотивам все того же приснопамятного «мальчика с хвостиком» – о скандалах в школе.

«Примерно в 1979 г. в нашем классе был страшный скандал – мальчишки принесли порножурналы, которые сперли у моряков-отцов или моряков-братьев или просто сперли у кого-то, городок-то мореманский. Весь класс рассматривал. В основном, не понравилось – старые тетки (лет 20-30, наверное, для нас это была глубокая старость) так вот, эти несчастные были желтыми (краску при печати перебухали) и голыми. Об этом узнала администрация школы. Наша классная пришла с разъяснительной беседой. Она потрясала этими журналами и что-то говорила. Запомнилось: «Вы меня обидели! Обидели! У меня была такая любовь, а вы запачкали этими журналами такое чувство!» Я уже, за некоторой давностью лет, не точно помню, что она говорила, но этот пассаж этот в память вбился.

Одевались мы тогда одинаково – коричневые платья с фартуками, мальчики – в синие костюмы с алюминиевыми пуговицами. И галстуки алого шелка. Свой галстук я на кончиках погрызла, но он всегда был хорошо выглажен, потому что мне нравилось врезать раскаленный утюг в мокрую ткань – пар стоял и шипение. Обувь и белье, в основном, были хорошими – портовый город: либо отцы везли, либо по блату на базе достать можно было. А прически простые, главное, чтобы в глаза не лезло, у девочек косички разные, у мальчиков – до первых вихров. Старшие классы отращивали подлиннее, это называлось «патлы», и они бешено гармонировали с расклешенными брюками и джинсами. А вот макияж наводить или маникюр – нет, и особо не помысляли об этом. Как-то не нужно было, ни к чему совсем, хотя разной импортной косметики дома – хоть завались, я до сих пор слушаю байки про тушь ленинградскую с большим интересом – ну надо же…

А так да, в советских школах мучили, издевались и унижали. Каждый день по графику (надеюсь, я в тренде).

Но сейчас мне так хочется узнать, что за любовь была у нашей классной по прозвищу Килька, что это за такая любовь была, она просто махнула рукой, в которой зажала порножурналы и заплакала. И нам как-то неловко стало, мы так и не поняли ничего, но воздух в классе как будто стал грустным как ранней весной».

Алексей Петрово Дне трезвости.

«Поздний вечер. Иду домой. Прохожу мимо остановки «Площадь декабристов», где вчера в лихорадном темпе клали асфальт.

На остановке сидит молодой человек с легкой бородой и в кепке.

– О, вы же Алексей Петров. Ну тот, который ходит по дорогам.

– Ага, по дорогам, – ответил я, перепрыгивая в своих белых кроссовках через машину с асфальтом.

– А вы случайно не в магазин?

– Так сегодня день трезвости, не продают.

– А…Ну тогда может…

Он резко остановился, потому что возле него оказался грозный мужик с лопатой, видимо бригадир тех, кто клал асфальт.

Темнота, уже почти ничего не видно. Только довольный Петров в белых кроссовках и юнец, который увидел человека, гуляющего по дорогам Иркутска. Ему ничего не оставалось, как сказать:

– Ну, тогда в другой раз.

Петров улыбнулся и пошел дальше по дорогам Иркутска».

Вместо тысячи слов

Даниил Конин на неделе показывал, как «Городская среда уходит под воду».

Анатолий Бызов тоже выкладывал залитую водой Юность и «утиное царство».

Варвара Штерн публиковала концептуальное фото из Молчановки с подписью-цитатой: «Ограничения – это стимул для творчества».

Не менее концептуальный минимализм, хоть и несколько в ином ключе – в фото Алексея Головщикова.

А Алексей Литвинцев постил «краски осени».

Обзор подготовила Мария Маякова, Телеинформ

 
О чем пишут иркутские колумнисты и блогеры?
Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования Яндекс.Метрика
  • Все права защищены © ООО «ИРА Телеинформ». Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на i38.ru (для интернет-СМИ) или на ИА «Телеинформ» (печатные, эфирные СМИ)
  • Дизайн-концепция © «Gombo Design». Верстка и техническая поддержка © «БайкалТелеИнформ»
  • Регистрационный номер — ИА № ФС 77 - 75717, выдан 24.05.2019 Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)