ТЕМЫ
Архив
< Апрель 2024 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30          
Сегодня
Политическая жизнь в Иркутской области

В Иркутске проанализировали причины и последствия отказа ЦИК в регистрации Надеждина на выборах президента РФ

Москва, Иркутск, 9.02.24 (ИА «Телеинформ»), - Выдвиженец на выборах президента РФ от партии «Гражданская инициатива» Борис Надеждин назвал ожидаемым решение Центризбиркома РФ об отказе регистрировать его в качестве кандидата, он намерен обратиться в Верховный суд РФ. Иркутские политнаблюдатели отреагировали на событие и попытались понять его предпосылки и перспективы выборной кампании.

– Ожидаемое решение. Никаких претензий к Центризбиркому совершенно точно нет, претензии есть к законодателям, которые сделал такой закон, по которому невозможно подписи собрать, – сказал он в своем заключительном слове на заседании ЦИК.

Политик рассчитывает в скором времени получить справку от ЦИК о претензиях к подписям.

– И дальше, когда мы ее получим, получим решение, мы, конечно, пойдем в Верховный суд, – сказал Надеждин.

ЦИК на заседании отказался регистрировать Надеждина кандидатом в президенты РФ по итогам проверки сданных им подписей в свою поддержку. Надеждин предоставил 104 734 подписи. По итогам проверки отобранных 60 тысяч недействительными были признаны 9 147 подписей. Для регистрации доля недействительных подписей не должна превышать 5%, пишет ТАСС.

  • Политолог, кандидат исторических наук Сергей Шмидт считает, что Надеждина сняли из-за роста его поддержки:

– Не хочу заниматься любительским «кремлеведением» – то есть рассуждать, какая «башня Кремля» запустила «проект Надеждин» и с какой целью, а какая «башня Кремля» его закрыла и почему. Мы не узнаем, по крайней мере, сейчас, что и как там было на самом деле, но у нас есть возможность констатировать, как это выглядит со стороны. То, как это выглядит, можно свести к двум пунктам.

1. Сама бюрократическая процедура оценки качества подписей позволяет как забраковать необходимое количество подписей, так и признать необходимое количество подписей соответствующими запутанным требованиям. То есть решение о допуске или недопуске кандидата «по подписям» является решением управленческим, основанным на представлениях о целесообразности у принимающей такие решения стороны – у действующей власти. Участие в президентских выборах Надеждина было признано властью нецелесообразным.

2. Не на пустом месте возникает впечатление, что топгосменеджеры (не уверен, что Путин лично погружался в проблематику, это отвлекло бы его от подготовки к судьбоносной встрече с Такером Карлсоном) решили, что участие Надеждина может либо поломать намеченный сценарий выборов, либо существенно осложнить его реализацию. Не нужно быть оппозиционером, чтобы предположить, что оппозиция тут же истолкует недопуск как то, что власть Надеждина испугалась, испугалась картинок очередей сдававших за него подписи, а также каких-то особых социологических опросов, которым власть доверяет. Именно эту версию транслируют сейчас все оппозиционные спикеры и информационные ресурсы.

Я же почти уверен, что если власть и испугалась, то не очередей за Надеждина – очереди объясняются не тем, что противников Путина и СВО очень много, а тем, что пунктов сбора подписей было очень мало (например, один единственный на Иркутск) – а того, что Надеждин, по сути, начавший свою политическую кампанию, показал себя как чуть ли не первый за всю историю радикальной оппозиции политик, который не дискредитировал оппозицию собственным языком и гримасами, а, наоборот, привлекал к ней внимание умеренных граждан, которые ни при каких обстоятельствах не стали бы поддерживать радикалов вроде Навального** (признан террористом и экстремистом) или Яшина* (иноагент). Надеждин очень спокойно высказывался, говорил здравые вещи, не угрожал люстрациями оппонентам, не порождал призраков революции и потрясений. Именно этим он мог оказаться опасен, так как за счет этого он мог претендовать на гораздо более высокий процент, нежели тот, что предполагался в сценарии выборов.

Отдельно замечу, что у молодого политика Даванкова (партия «Новые люди») есть отличный шанс начать яркую политическую карьеру, ибо какое-то количество собиравшихся голосовать за Надеждина устремятся голосовать за него. Интересно будет понаблюдать, воспользуется ли Даванков открывшейся возможностью, станет ли полноценным общероссийским политиком нового поколения, или наоборот будет вести себя так, чтобы, не дай бог, не получить лишних голосов (и тем самым похоронит свою политическую репутацию).

  • Политтехнолог и маркетолог Антон Баталин допускает, что Надеждин будет участвовать в выборах:

– Отказ в регистрации Бориса Надеждина на выборах президента из-за некачественных подписей не стал большим сюрпризом. Процедура сбора подписей, их оформления и подачи в избирком довольно непростая, и подобные проблемы возникают нередко. Тем не менее, опытные юристы и политтехнологи без особого труда с этой задачей справляются. Здесь вопросы, в основном, к тем, кто у Надеждина занимался этим вопросом.

А вот мнение Бориса Борисовича о необходимости увеличения допустимого количества брака в подписях я разделяю. Даже оговорился, комментируя ситуацию в прошлый раз, сказав, что этот порог составляет 10, а не 5%. Думаю, было бы вполне разумно законодательно утвердить этот порог на уровне 10-15%. Но даже такая норма закона, наверное, не изменила бы сложившуюся ситуацию.

Конечно, хотелось бы видеть хоть относительно конкурентные выборы. Но закон есть закон. Кстати, у Надеждина все еще остается шанс отбить неприятное решение избиркома через суд и вернуться в избирательную гонку.

  • Региональный эксперт-аналитик, член Иркутского регионального молодёжного отделения Российского общества политологов Руслан Бойких прогнозирует публичные акции сторонников Надеждина:

– У Бориса Надеждина, конечно же, есть право так сказать. У него также есть «статус так сказать» – это значительнее. Любой провал можно списать на прошлое в неугодном СПС и антивоенную позицию.

Я опасаюсь лишь за одно – это те социальные группы, из которых слагаются надеждинцы. Во-первых, студенты; во-вторых, несемейные мужчины в группе «риска быть мобилизованным». Это тот самый общественный сегмент, который проще всего вывести на демонстрации. Впрочем, у наших властей уже есть опыт работы с послековидными выступлениями – должны справиться.

  • Главный редактор культурного пространства «Солнце Севера», член Иркутского обкома КПРФ Михаил Сеурко задаётся вопросом о целях сбора подписей:

– Для меня это решение ЦИК тоже было ожидаемо. Вопрос, для чего только подписи собирал? Чтобы выявить пацифистов и сдать «куда следует»?

  • Журналист Андрей Калинкин полагает, что теперь на выборы смысла идти нет:

– Можно согласиться, отказ в регистрации был ожидаемым. Правда, сейчас появляется информация в том числе о реальных проблемах с отсевом некачественных подписей в штабе Надеждина, но речь, насколько я понимаю, шла о помарках и исправлениях, а не мертвых душах. То есть реальные люди поставили реальные подписи, но из-за «бюрократических» придирок им отказывают в праве видеть своего кандидата в бюллетене.

При этом я по-прежнему считаю, что «своим» для тех, кто стоял в очередях, Надеждин стал не из-за своих политических достоинств и праволиберальных идей, а потому что выдвинул давно назревшие лозунги мира и демократизации общественной жизни. И как раз из-за актуальности этих лозунгов я предполагаю, что Надеждина не допустили бы до выборов даже при 100% идеальных подписей. Вероятно, вариант с его допуском рассматривали как инструмент повышения явки (иначе зачем разрешать сбор подписей?), но посчитали слишком рискованным. По той же причине не стоит многого ждать и от суда.

Что касается самих выборов, то будь Надеждин до них допущен, я бы серьезно обдумывал вопрос, должны ли левые, наемные работники его критически поддерживать. Теперь же склоняюсь к мысли, что в марте здравомыслящему гражданину на избирательных участках делать нечего.

  • Экс-председатель ИРО ПАРНАС Михаил Васильев констатирует, что сбор подписей все меньше воспринимается как адекватная процедура:

– Мы все прекрасно понимаем, что Владимир Владимирович не молодеет и новых достижений в плане качества жизни в последние много лет в России не появляется. Соответственно, требуется все больше усилий административного характера, чтобы поддерживать иллюзию тотального сплочения нации вокруг лидера. И если раньше в выборах могли участвовать Прохоров и Грудинин, и даже Алексей Навальный** был допущен до выборов мэра Москвы в 2013 году, что уже тогда было невероятной смелостью для режима, то теперь на каждом новом круге требуется все более тщательная фильтрация спарринг-партнеров для административного кандидата. Там точно не нужен никто, кто напомнил бы избирателям о планах догнать по экономике Португалию или о судьбе майских указов в части зарплат учителей и врачей. Ну и тема «поговорим об СВО» теперь тоже требует отдельного внимания. Или, точнее, блокирования.

Нынешняя ситуация радует меня в том плане, что сбор подписей все меньше воспринимается как адекватная процедура для народовластия. Раньше бывало даже очень продвинутые журналисты и политологи всерьез обсуждали, как же могли появиться нарушения в подписях и почему их штаб кандидата вообще допустил. Сейчас же все большему количеству людей очевидно, что это просто механизм произвола. И здесь я не согласен с Надеждиным в том, что нет претензий к комиссии, а есть только к законодателям. При анализе подписей есть значительный элемент субъективности. Юристы бы назвали эту часть законодательства коррупциогенной. В законе нет обязанности отклонять подписи, где дважды обведена буква или после даты избиратель написал букву «г». В законе не прописана обязанность почерковеда давать заключения, не соответствующие действительности. Это работает помимо федеральных законов – или на уровне подзаконных актов, или неформально. Эта часть процесса полностью в свободном ведении избиркомов и их экспертов. Претензия к законодателю заключается лишь в том, что до сих пор в законе нет механизмов защиты от этих манипуляций. Даже напротив – заключения почерковедов, например, полностью защищены даже от судебной оценки. А значит законодателя все устраивает. И в этом, как я уже отмечал, заключается элемент русофобии – боязни властью собственного народа.

*Внесен в РФ в Единый реестр граждан и организаций, объявленных иностранными агентами

**Внесен Росфинмониторингом в список террористов и экстремистов

Другие отзывы из Иркутска на мировые и российские новости:

 
Отслеживать: Досье раздела
Современный Китай: мифы и реальность
Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования Яндекс.Метрика
  • Все права защищены © ООО «ИРА Телеинформ». Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на i38.ru (для интернет-СМИ) или на ИА «Телеинформ» (печатные, эфирные СМИ)
  • Дизайн-концепция © «Gombo Design». Верстка и техническая поддержка © «БайкалТелеИнформ»
  • Регистрационный номер — ИА № ФС 77 - 75717, выдан 24.05.2019 Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)
  • Политика в отношении обработки персональных данных
  • На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)
  • онлайн курсы бровиста