Выборы губернатора Иркутской области-2025: какой будет предстоящая кампания

Подготовка к выборам губернатора продолжается в Иркутской области. На минувшей неделе завершилась подача документов на регистрацию в качестве кандидатов, 7 августа будет принято решение, кто остается в гонке. Однако уже сейчас можно оценить расклад сил и «пованговать» о стратегиях предвыборной борьбы.

К слову, в свежем докладе Агентства политических и экономических коммуникаций (АПЭК) Иркутская область отнесена к регионам с «протестным потенциалом выше среднего» на осенних выборах. Мнением о том, какой будет кампания в Приангарье, поделились и иркутские знатоки электоральных процессов.

Закрытие гештальта

Гендиректор коммуникационного агентства Actor Дмитрий Еловский предположил, что эти выборы могут стать историей «про закрытие гештальта» у двух основных конкурентов:

– Расклад по кандидатам на выборах губернатора Иркутской области вполне качественный. Представлены основные политические силы региона, за исключением партии «Новые люди». На мой взгляд, это их ошибка – не выдвигать кандидата на выборах. Для действующего губернатора это вообще не проблема: они бы просто размыли оппозиционные голоса. А вот для самих «Новых людей» неучастие в, наверное, сейчас самой интересной и конкурентной кампании, которая пройдет в единый день голосования 2025 года – это потеря статуса и значимости. Поэтому я считаю, что для «Новых людей» это очень серьезная ошибка.

Теперь о повестках кандидатов. Понятно, что Игорь Кобзев будет делать ставку на результаты работы за прошедшие пять лет. У него вполне хороший отчетный лист: это и в целом рост доходов граждан, и социальная поддержка, и работа с ветеранами СВО, и реализованные проекты, которые можно зафиксировать, как, например, Суворовское училище. Поэтому в целом ему есть, что предъявить. Может быть, не все предвыборные обещания выполнены, но сказать, что не о чем говорить, тоже нельзя.

Соответственно, я думаю, что он будет делать ставку на позитивную программу развития в следующие пять лет и будет действовать из той позиции, что необходимо продолжать наращивать темпы. А все негативные эффекты будут списаны на последствия внешнего давления, на изменение конъюнктуры рынков, на трансформацию экономики. В общем, на все то, на что губернатор не влияет, влиять не может и, соответственно, с него спрос минимальный.

Что касается Сергея Левченко, пока мы видим, что он бьет в достаточно серьезную болевую точку – доходы граждан и особенно доходы бюджетников, – в том числе обещая вернуть какие-то выплаты. В принципе, он работает на слое личных финансовых интересов у достаточно большой категории людей. Здесь от штаба Кобзева требуется адекватный ответ, своя альтернатива и свое предложение. В целом, я думаю, что пока кобзевский штаб должен справиться с этим. Это не такая уж нерешаемая задача.

По ЛДПР и по «Справедливой России» я пока не вижу, какую они могут дать содержательную повестку. У «Справедливой России» в принципе проблемы с позиционированием. У ЛДПР с ним сейчас все улучшилось на федеральном уровне, но возникает вопрос, смогут ли они реализовать федеральную повестку, приземлить ее в регионе. Пока есть большие сомнения, потому что я не вижу обновления команды. Но дай бог, чтобы у них все получилось.

В целом это будет скорее противостояние КПРФ и «Единой России», Кобзева и Левченко. И я думаю, что это будет история про закрытие гештальта. У всех есть незакрытый гештальт. У Игоря Ивановича это окончательная победа «Единой России» в регионе. Соответственно, ему нужно зафиксировать, что за пять лет это произошло. У Левченко это, соответственно, гештальт о том, что он все-таки может стать успешным губернатором и быть им достаточно длительное время. Я думаю, что это будет ключевым во всем этом противостоянии.

Интриги и стратегии

Политолог и публицист Сергей Шмидт также отметил, что в губернаторской битве сойдутся двое – Кобзев и Левченко, а вот как пойдет кампания последнего - неочевидно:

– Начну с главного: интриги не произошло, заранее было понятно, что четыре старейших парламентских партии выдвинут своих кандидатов. Они не могут позволить себе не участвовать в таких выборах: во-первых, остается год до выборов в Госдуму РФ, и парламентские партии обычно хватаются за любую легальную возможность напомнить о себе и о своем существовании, а во-вторых, существуют негласные нормы политического этикета, по которым старейшие парламентские партии участвуют в выборах регионального уровня, дабы поддерживать свою репутацию.

При этом существовали две микроинтриги. Для меня одна из них разрешилась не так, как я думал, а вторая – как раз так, как я думал. Так, я был почти уверен, что в выборах будет принимать участие кандидат от партии «Новые люди». Это тоже парламентская партия, и, соответственно, на нее распространяются все те же вышеназванные правила и закономерности. Однако кандидата от них не было. Поэтому я позволю себе, наверное, неожиданное суждение, что, может быть, здесь в Иркутской области мы наблюдаем первый симптом кризиса партии «Новые люди», который может привести к тому, что на следующих выборах в Государственную думу она проиграет, поскольку не будет полномасштабно в них участвовать либо даже сольется с кем-то перед этими выборами. Но, возможно, нынешнее неучастие в выборах регионального уровня останется частным случаем Иркутской области.

Другая микроинтрига касается одного из зарегистрированных кандидатов. Сейчас в этом мало кто признается, но интернет все помнит: у меня есть ощущение, что большинство комментаторов [в соцсетях] было уверено в том, что Сергей Левченко не соберет «муниципальный фильтр», что его участие обременительно с точки зрения интересов действующей власти, и поэтому его каким-то образом не допустят до выборов. Я же как раз предполагал, что фильтр этот собрать ему помогут и до выборов допустят. А значит, сделано это будет по инициативе властей. Сам Сергей Георгиевич никогда не признается в том, что власти помогли ему собрать этот «муниципальный фильтр», чьих-то голосов, наверное, не хватало. Но власти будут исходить из того, что серьезной опасности для действующего губернатора Левченко не представляет, а его поражение на выборах – это будет прямое закрытие гештальта 2015 года, когда Левченко победил Ерощенко – кандидата от правящей партии, хотя и не члена партии «Единая Россия».

Кстати, к чести Левченко напомню, что это был самый крупный политический успех коммунистов за последние лет 20 по той простой причине, что та победа досталась Сергею Георгиевичу еще до истории с повышением пенсионного возраста. Все последующие успехи КПРФ после 2018 года были, несомненно, обусловлены «пенсионной реформой». Поэтому, к слову, возникает обоснованный, на мой взгляд, вопрос, почему партию продолжает возглавлять Зюганов, а не Левченко, который принес коммунистам главный политический успех за последние два десятилетия. Как бы я лично ни относился к Левченко и годам его губернаторства, особенно к работе его пресс-службы, я этот факт признаю, мне кажется, это очевидно.

Участие Егоровой и Галицкова я бы назвал этикетно-партийным. Единственное, если случится нечто непредвиденное, что подорвет доверие граждан к Кобзеву и Левченко разом, у Ларисы Игоревны Егоровой могут появиться серьезные шансы на победу. То есть, если даже не один, а два «черных лебедя» прилетят и разобьют репутацию обоих.

Теперь, собственно, кто с чем идет на эти выборы. Начнем с малого. Один кандидат идет с брендом ЛДПР, и на этом его ресурсы заканчиваются. Прямо скажем, что «посмертная» судьба партии ЛДПР, после смерти их лидера Владимира Жириновского, просто в пух и прах разнесла ожидания политологов и экспертов. И, как мне кажется, это настолько неожиданная история, что к ней просто боятся подступаться с анализом. Все были уверены, что такой лидерской партии точно ничего не светит, во-первых, после смерти Жириновского, а во-вторых, при наличии такого блеклого и никчемного лидера, как Слуцкий. Но ЛДПР, по сути, не сдает своих позиций и местами даже обходит КПРФ по социологии. Почему это происходит, это отдельный разговор, но просто обращаю внимание, что политологи почему-то даже стараются не связываться с этой темой, настолько она оказалась сюрпризной.

Далее, если у Виктора Галицкова в активе – бренд, то у Ларисы Егоровой – личное обаяние и гендер. Она может рассчитывать на какой-то процент женской солидарности – небольшой, естественно, поскольку женская солидарность существует в природе, но редко встречается в политике. Партия же, к которой Лариса Игоревна принадлежит, – достаточно бессмысленная, бессодержательная, и не до конца понятно, на чем она держится. Ну вот в последнее время она держится на объединении с «прилепинцами», например, на чем-то еще…

Так что реальных кандидатов у нас – два. И, пожалуй, основные опасения связаны с тем, что 10 лет назад Левченко выиграл выборы во времена, когда казалось, что у кандидатов, поддержанных Путиным, выиграть выборы невозможно.

Однако кто помнит времена десятилетней давности, тот точно не станет спорить, что масштабная политтехнологическая война с Ерощенко началась скорее в мае 2015 года, и к началу августа город уже был покрыт слоем «Байкальских вестей», жесткая борьба шла в интернете, и репутация Сергея Ерощенко к этому времени уже серьезно была подорвана, а августовские пожары ее, скажем так, добивали.

Ничего подобного сейчас не происходит. Борьба с Кобзевым со стороны коммунистов ведется на уровне телеграм-каналов, где реальных потребителей информации – несколько сотен человек. Никаких «Байкальских вестей» на улицах мы не видим. Поэтому, скажем прямо, у коммунистов просто мало времени. Такие вещи, как поражение на выборах достаточно популярного и всерьез не оскандалившегося губернатора, готовятся месяцами, этот результат не получить за три-четыре недели.

Что касается повестки, то у действующего губернатора, как правило, есть определенный список того, что сделано и что будет сделано. Разумеется, он есть и у Кобзева. Не берусь судить, в каком порядке по степени значимости этот список выстроит его команда, но назову, условно, ТОП-5 его губернаторских достижений.

Это, безусловно, то, что в области прекратились лесные пожары. Восстановлен после наводнения Тулун. Я напоминаю, что Кобзев приехал сюда как МЧСник, его изначальный образ: «у вас горит и топит, местные не справляются, я справлюсь». Соответственно, сейчас эти темы закрыты. Просто хочу подчеркнуть, что никто сейчас не скажет, мол, этим летом Кобзеву помогли дожди. Невозможно не вспомнить о том, какие страшные пожары происходили в Забайкалье, а у нас – практически ничего. Даже отчаянные критики его работы не хватаются за эту тему. Это серьезные козыри.

Еще один пункт – доведенные до конца стройки: Суворовское училище, очистка территории бывшего «Усольехимпрома», экологические сдвиги в Байкальске… Есть еще много достижений, в числе которых – создание системы социального обеспечения для участников СВО, и так далее. На стороне действующего губернатора – даже то, что иркутский аэропорт построил новый зал прилетов. Пусть временный, но хоть что-то построено, а не заложено в виде камня, как это было при Левченко.

Еще интересно, будет ли использоваться в кампании Кобзева тот факт, что это губернатор, который ни дня не работал в спокойной обстановке. Как он пришел, начался COVID-19, потом – СВО, и условия его работы не сравнить с условиями работы предшественников, особенно Левченко, которому просто феерически повезло. По сути, он был губернатором в самое последнее спокойное время в истории России, и, как мне кажется, в трубу спустил это свое везение. А что касается Кобзева, надо постоянно делать поправку на то, в каких условиях он работал. И если мы делаем на это поправку, у него не работа, а сплошные плюсы получаются. Это важно. Но при этом мы населению, опять же, напоминаем о всяких неприятных обстоятельствах в нашей жизни.

Далее, важнейший ресурс нашего губернатора – никаких личных коррупционных скандалов. Это признают бизнесмены, я это знаю, так сказать, из инсайдерских источников. Он не лезет в бизнес, он не прессует бизнесменов, он старается слышать, согласовывать, договариваться. Если у кого-то возникают какие-то мысли о коррупции, они просто не знают, с какого бока к нему подступиться. Не подступаются, это я слышал собственными ушами и не придумал здесь ничего. Ну и понятно, что если бы что-то где-то было, то его противники это бы уже использовали. Но человек не занимается бизнесом, у него нет детей, которые бы занимались бизнесом. В общем, Кобзев в этом смысле очень выгодно отличается от двух своих предшественников, включая коммуниста Левченко, как известно.

Еще один суперресурс, на который Кобзев может опереться, – при нем область пережила пять самых политически спокойных лет в своей новейшей истории. Можно называть это стабильностью, застоем или консолидацией вокруг губернатора. Однако внутриэлитные конфликты, если сравнивать с предшественниками Кобзева, практически отсутствуют. Какие-то мелкие размолвки – ничто в сравнении с тем, что было до этого. Единственная история с выборами мэра Братска давным-давно купирована, проигравший Сергей Серебренников, баллотировавшийся от ЕР, признался, что Кобзев поддерживал его конкурента, и сам победитель Александр Дубровин признавался, что Кобзев его поддерживает, и получилось, что губернатор там тоже выиграл. Его противники не очень любят обращать на это внимание, но вот так получилось. Так что внутриэлитных конфликтов при Кобзеве нет.

Весь успех Левченко 2015 года, это знает любой политолог и политически грамотный гражданин Иркутской области, был обеспечен серьезнейшим конфликтом губернатора Ерощенко со строительным бизнесом, в результате которого строители не пожалели денег, вложились в Левченко, который и выиграл эти выборы.

Упомяну еще одну деталь, которая, как я знаю, возникает в фокус-группах и в опросах социологов на улицах: Кобзев по-человечески нравится людям, особенно женщинам электорального возраста. Он обаятельный, он, может быть, говорит не безупречным ораторским языком, но умеет разговаривать с людьми – это МЧС-ные еще навыки слушать людей, – он прекрасно смотрится на фотографиях, баннерах и в видеосъемках. Добавим к этому поддержку президента РФ Владимира Путина, административный ресурс и общее ощущение, что в разгар сложной геополитической обстановки коней на переправе менять не надо. Все это, в общем-то, выдает Игорю Ивановичу не абсолютные, а преимущественные шансы для того, чтобы выиграть эти выборы в первом туре в результате трехдневного голосования.

Кто и что на стороне Сергея Левченко, кроме ослабевшей и, так сказать, последовательно деградировавшей под его руководством Иркутской КПРФ, которая даст ему какой-то процент коммунистических голосов? Причем он, например, уже не получит этого процента в том же «Усольском свинокомплексе» – по той простой причине, что внук Сумарокова работает министром сельского хозяйства в правительстве Кобзева. Так вот, на стороне Левченко – коммунистический ядерный электорат. Это опыт, действительно грандиозный политический опыт. Напомню, что он, видимо, единственный руководитель регионального КПРФ, который руководит им с самого начала, с 1993 года, и иркутские коммунисты другого лидера не видели в своей постсоветской истории. Также я могу предположить, что какая-то часть избирателей может проголосовать за Левченко из соображений ностальгии о временах, когда не было ни ковида, ни войны – о последних спокойных временах в истории России. Я таких людей не видел, не знаю, но допускаю, что они есть.

Ну и есть еще одна черта наших коммунистов. Они умеют заниматься «политтехнологическим мочиловом». Другое дело, что, судя по тому, что Кобзева критикуют за демографические провалы в области, видимо, будут намекать на то, что Сергей Георгиевич Левченко проедется по области и по старой памяти решит все демографические проблемы. Но, вообще-то, страна четвертый год ведет и не может выиграть кровопролитную войну, наблюдаются соответствующие демографические тренды, и критиковать в таких условиях демографию я считаю не очень спортивным поведением. Но в политике нет этики. С другой стороны, я допускаю, что за серьезные темы «ухватиться» попросту не получается… Но коммунисты умеют «долбать», чего уж греха таить, они в этом поднаторели. Я знаю опять же из инсайдерских источников, что их надежды связаны в основном с этим: мол, «как только будет возможность опять мочить, мы замочим».

Если говорить о слабых местах, то эти выборы, пожалуй, самые экономные для всех участников: денег нет. И Кобзев проводит достаточно скупую кампанию, нет денег и у коммунистов, поэтому можно сколько угодно «мочить», но как донести это до широкого избирателя, если нет медийных и финансовых возможностей, это непонятно и довольно сложно. Плюс возраст Сергея Левченко и общая невнятность итогов его управления.

Закончил бы я на такой понятной каждому иркутянину ноте. Стоит обратить внимание, всплывет ли на выборах подзабытый сюжет об убийстве экс-губернатором Левченко спящего медведя. Если всплывет - это и Сергея Георгиевича вернет обратно в политическую могилу, и станет знаком того, что он действительно на что-то претендовал на этих выборах.

Прямо рекомендую гражданам обращать внимание на этот маркер, поскольку знаю от социологов, что все забыто нашим населением – и связанные с сыном Левченко коррупционные скандалы, и все на свете. Но то, что губернатор зачем-то убил спящего медведя на «барской» охоте и внука заставлял убивать невинного кабанчика – это народ помнит. Надо только разбудить это в его памяти. Не могу не сказать, что так жизнь сложилась, что сколько грязи было вылито на Левченко в свое время, но самым действенным оказалось то, что он собственными руками породил и еще зачем-то позволил снимать на видео.

Кто финиширует вторым и что будет делать победитель?

Директор Межрегионального института общественных наук ИГУ, кандидат исторических наук Дмитрий Козлов проанализировал, как поведут себя на выборах основные политические силы:

– Кто будет следующим губернатором – понятно. Интриги нет, так как выборы теперь не альтернативные. Раньше в Иркутской области политический процесс был конкурентным. На регион это обстоятельство оказывало и положительное и отрицательное влияние. Это были реальные выборы. Минус: часто отсутствовала преемственность. Каждый новый губернатор умножал на ноль всё, что было сделано его предшественниками, и начинал с белого листа. При этом для федеральных программ преемственность нужна.

На первом сроке Кобзев рассматривался как варяг. Минусом считается, что человек не погружён в региональную повестку, это требует времени, но он также не погружён и в местные интриги, не зависит от группировок, находится над схваткой за освоение каких-то заказов, федеральных программ и так далее. Кобзев смог преодолеть раскол и консолидировать элиты. Он также проявил себя как талантливый управленец на фоне конфликта на Украине. В этих условиях внутриэлитные конфликты также отошли на задний план. Иркутская область смогла добиться участия в федеральных программах. Это способствовало повышению рейтинга губернатора.

Иркутская область раньше рассматривалась как часть «красного пояса». Коммунистическая альтернатива присутствовала и на региональном, и на муниципальном уровне. Однако в КПРФ, как на федеральном, так и на региональном уровне наблюдается кризис. Всё же КПРФ является частью системной оппозиции и её альтернативы в итоге оказались размытыми, неотличимыми от повестки партии власти. Это проявилось и в Иркутской области. Сергей Левченко - тяжеловес, даже на федеральном уровне, но присутствует момент инфляции его политического веса. Эксперты говорят, что губернатор помог ему пройти муниципальный фильтр. В администрации президента его выдвижение согласовали. Конечно, происходит и критика действующего губернатора. Мне попался лозунг коммунистов: «Сделаем Сибирь снова великой». Это напоминает Трампа. В целом КПРФ не будет реальной альтернативой.

Важно также, как финишируют представители СРЗП и ЛДПР: Лариса Егорова и Виктор Галицков. СРЗП, как и КПРФ, не отличается ярким позиционированием на федеральном уровне. Но на региональном Лариса Егорова обладает большим политическим весом. Она боец, и при этом единственная женщина, участвующая в этой политической гонке. Виктор Галицков ранее также выдвигался. Но проблема ЛДПР в том, что её воспринимают как партию одного человека, Владимира Жириновского, который ушёл из жизни. Началась перестройка партии, но сейчас они уже не на слуху. Партия «Новые люди» не выставила своего кандидата. Была интрига с возможным выдвижением Авксентьевой, но это оказалось больше новостным сюжетом.

Две главные интриги: что будет делать губернатор после избрания на новый срок – что будет приоритетом, и кто финиширует вторым. На первом сроке Кобзев искал баланс, например, со строительными баронами, которые олицетворяют смычку бизнеса и политики на уровне региона. Строители отчасти подпитывали полицентричность Иркутской области, продвигали своих кандидатов. Важную роль они сыграли и в победе Левченко. Сейчас эти бароны политических альтернатив губернатору не поддерживают. Был недавний спор между Кобзевым и Дерипаской, который владеет бизнес-империей в Иркутской области, но этот конфликт также был завершён. Здесь вероятная политическая альтернатива также сошла на нет.

Второй срок предполагает реализацию сценариев развития региона. Проблема в том, что это происходит в неблагоприятных экономических условиях, так как Россия участвует в украинском конфликте. Присутствует момент ограниченности ресурсов, это будет влиять на выработку планов для социально-экономических изменений в Иркутской области. Планы пока не сформулированы, нужно подождать. Например, терминал аэропорта заработал, но он оставляет желать лучшего. Заявлено о создании нового аэропорта. Мы должны понять: в чём смысл второго срока, как будут реализовываться планы? Требуется осмысленный подход к новым реалиям. Это вызов для губернатора. Вряд ли это будет процесс построения неких эфемерных «золотых дворцов».

Об уникальном отличии иркутских выборов

Политолог, заместитель главного редактора газеты «Мои года» Юрий Пронин отмечает, что на победу претендуют только два кандидата из четырех:

– Расклад сил на губернаторских выборах довольно предсказуем и удобен, прежде всего, для лидирующего кандидата от «Единой России» Игоря Кобзева. Дело в том, что кандидаты от ЛДПР и «Справедливой России» в целом лояльны к нынешнему губернатору и к ЕР. И даже судя по внешним признакам, предвыборная кампания Ларисы Егоровой и Виктора Галицкова скоррелирована, взаимосвязана с кампаний Игоря Кобзева, то есть, по существу, ведется из одного пункта управления. Да, у Галицкова и Егоровой будут в ходе агитационной кампании свои нюансы, но при этом стратегическая линия действий этих кандидатов будет во многом направлена на то, чтобы оторвать голоса у кандидата КПРФ и, одновременно, не «откусить» голоса у кандидата «Единой России». Кроме того, какую-то часть избирателей Егоровой и Галицкова составят те, кому не по душе ни Кобзев, ни Левченко, но на выборы они все же пойдут.

При этом реально на победу претендуют только два кандидата из четырех – Кобзев и Левченко, причем выборы главы региона в Иркутской области являются во многом исключением из нынешних российских правил – в них одновременно участвуют действующий губернатор (что само по себе неудивительно) и его предшественник (что встречается крайне редко, а последние несколько лет не было ни разу). И это отличие иркутских выборов, несомненно, в позитивную сторону. Поэтому команда Игоря Кобзева рассчитывает на победу (причем обязательно в первом туре) именно на конкурентных (хотя бы внешне) выборах, что придаст такой победе дополнительный вес.

Однако в этом же сценарии с четырьмя кандидатами все же таится определенный риск для «Единой России». Сергей Левченко, несмотря на наличие у него ряда серьезных недостатков, – все же несомненно сильный, опытный конкурент. Такому не скажешь: «Вы там только разговариваете, а на практике не имеете понятия, как управлять регионом». Нет, знает и управлял. Поэтому возникает некая дилемма. Или Игорь Кобзев будет и дальше как бы не замечать Сергея Левченко, по-прежнему делая упор на огромном количестве мероприятий презентационного характера. Однако здесь таится опасность перейти некую грань, проявив неуважение к статусному конкуренту (все же бывший губернатор) и нежелание поднимать ряд актуальных тем в дискуссионном ключе. С другой стороны, прямой «обмен ударами» между Кобзевым и Левченко возвращает кандидата КПРФ в публичную политическую повестку, причем в качестве признанного «Единой Россией» основного, а по существу – единственного реального конкурента на губернаторских выборах. Кроме того, Левченко – опытный полемист, и предсказать исход прямых дебатов «Кобзев – Левченко» весьма сложно.

Хотя, возвращаясь по кругу, эффект «генерал испугался секретаря обкома» тоже будет не лучшим для лидирующего кандидата. Впрочем, высказанные соображения в ходу у довольно узкого (условно говоря, политически искушенного) круга избирателей, и это статус-кво сохраняется, в том числе, большим преимуществом сторонников Игоря Кобзева в медиапространстве, а также публичной поддержкой его кандидатуры ядром региональной элиты (точнее, тем, что от нее осталось). Кроме того, очень удобно для лидирующего кандидата, если публично критиковать Левченко будет не он, а кандидаты от ЛДПР и СР (это давно обкатанный прием). Но, опять же, сформулированные выше «течения под ковром» все же существуют, а потому реальная конкуренция на предстоящих выборах действительно не исключена.

И о главной теме...

Историк, кандидат политических наук Алексей Петров*отмечает, что тема этой кампании будет, прежде всего, про деньги:

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ПЕТРОВЫМ АЛЕКСЕЕМ ВИКТОРОВИЧЕМ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ПЕТРОВА АЛЕКСЕЯ ВИКТОРОВИЧА (18+)

– Выборы на четверых при пятипартийном парламенте – это лайт-история. «Новые люди», конечно, жаль, что отказались от выдвижения своего кандидата, лишняя упоминаемость и раскрутка не помешали бы. Конечно, еще пару месяцев назад всем казалось, что это будет легкая прогулка для Игоря Ивановича, но события вокруг бюджета несколько смешали картину, и пока трудно сказать, насколько это повлияет на общий фон начавшейся избирательной кампании. Иркутской области есть чем гордиться – очень давно бывшие губернаторы не участвовали в выборах, если посмотреть картинку по субъектам, поэтому, собственно, сам формат Кобзев – Левченко интересен для тех, кому предстоящий сентябрь небезразличен. Это относится не только к избирателю, но и к политическим экспертам федерального разлива, политологам других регионов.

Игорь Кобзев будет много ездить, как он это любит, и он уже это делает, показывая, что у него в сутках 25 часов. Для обычного избирателя это хорошо, для обычного интересующегося – не очень, для избирателя-эксперта – всегда есть вопросы, поскольку пять лет назад к таким поездкам относились с бОльшим интересом, чем сейчас. Много заделов и обещаний – нужно теперь отчитываться об их исполнении.

Левченко пока ищет, что говорить. Насколько это у него получается – пусть расскажут те, кто делает замеры (социологию). Лариса Егорова может собрать голоса всех, кто считает, что «Кобзев и Левченко, скажем так, не очень», а если будет хоть что-то интересное давать (дозированно, а, может, и ярко-громко) в ближайший месяц, претендует на то, чтобы все свои предыдущие походы в региональной политике превысить. Что касается Галицкова, здесь вопрос – что скажет избиратель Жириновского и ЛДПР. Они за Галицкова или за Кобзева? А вообще, тема кампании будет про деньги – для тех, кто работает на выборы, она скромна, для тех, кто здесь живет – вовремя бы получить зарплату и обещанные выплаты. Такого давненько не было.

^{Обязательные маркировки: * - в Реестре иностранных агентов в РФ; ** - в Реестре запрещенных экстремистских организаций в РФ; *** - в Реестре запрещенных террористических организаций в РФ; **** - в Реестре нежелательных организаций в РФ}

• Интереснейшие публикации иркутских СМИ — в соцсетях: ВКонтакте, Одноклассники, Telegram