Сбер на ПМЭФ рассказал, как ИИ влияет на бизнес, рынок труда, экономику, киберустойчивость и науку

Сбер на ПМЭФ рассказал об использовании ИИ бизнесом, влиянии ИИ на рынок труда, влиянии ИИ-агентов на экономику и технологический суверенитет, государственном аудите киберустойчивости компаний и совместной работе бизнеса и науки. Об этом сообщает пресс-служба компании.

Российские предприниматели сделали ставку на ИИ и создают на его основе новые бизнес-модели

Российское предпринимательское сообщество внедряет ИИ в свои бизнес-процессы и создаёт на его основе новые бизнес-модели. Для того чтобы быстрее развивать ИИ, крупнейшие компании страны объединились в Альянс в сфере искусственного интеллекта, рассказал первый заместитель председателя правления Сбербанка Александр Ведяхин на XXIX Петербургском международном экономическом форуме.

– В России сложилось очень сильное предпринимательское сообщество, которое внедряет искусственный интеллект и строит бизнес на его основе. Крупнейшие отечественные компании, работающие с ИИ, создали профильный альянс, и в нём уже порядка 150 участников. Мы активно выстраиваем технологические партнёрства для улучшения результата. В том числе смотрим в сторону КНР, чтобы производить вычисления на китайских чипах, – рассказал Александр Ведяхин.

Около 88% компаний уже используют ИИ хотя бы в одной бизнес-функции, а 62% экспериментируют с ИИ-агентами

На ПМЭФ первый заместитель председателя правления Сбербанка Александр Ведяхин представил данные о стремительном проникновении искусственного интеллекта в корпоративный сектор. Технологический прорыв последних трёх лет сделал генеративный ИИ и агентные системы доступными для массового бизнеса.

Согласно данным McKinsey, экономический эффект от внедрения ИИ уже заметен: 39% компаний отмечают значительный вклад ИИ в EBIT, а лидеры достигают прироста EBIT на 5% и более. В 2026 году 40% корпоративных приложений будут оснащены специализированными ИИ-агентами (против менее чем 5% в 2025 году). Рынок агентного ИИ к 2034 году превысит сотни миллиардов долларов. Компании, использующие ИИ для роста и инноваций, получают больше преимуществ, чем те, кто фокусируется только на эффективности.

– Агентная экономика становится реальностью благодаря технологической зрелости, росту инвестиций и изменению бизнес-моделей. На практике мы уже находимся в фазе перехода к такой модели. Многие сценарии пока ещё пилотируются, но ключевые элементы уже существуют: автономные агенты с правом действия, ИИ в критических производственных контурах, самосовершенствующиеся системы, а также взаимодействие агента с агентом, когда ИИ одной компании способен договариваться с ИИ другой компании. Агентный подход постепенно переходит из экспериментальной среды в промышленную, но вместе с ростом автономности резко возрастают требования к архитектуре, контролю и безопасности. Однако для массового успеха необходимы не только технологии, но и пересмотр рабочих процессов, корпоративной культуры и управления данными, – считает Александр Ведяхин.

Мощные ИИ-модели не снижают потребность в специалистах, а трансформируют её

Волатильность рынка после выхода новых ИИ-моделей Anthropic отражает переоценку скорости технологических изменений. Такая же динамика наблюдалась, когда появился DeepSeek. Это естественная реакция на ускорение инновационного цикла, считает первый заместитель председателя правления Сбербанка Александр Ведяхин.

Как он отметил на XXIX Петербургском международном экономическом форуме, снижение акций аналитических компаний закономерно, ведь модели нового поколения выполняют ряд задач быстрее и дешевле. Однако конкретно в банковском секторе умение работать с данными – это не просто техническая компетенция, а элемент доверия, комплаенса и регуляторной ответственности.

– Появление мощных моделей не снижает потребность в специалистах – оно трансформирует её характер. Например, банку нужны люди, которые умеют адаптировать модели к финансовой специфике, обеспечивать их регуляторное соответствие и критически оценивать результаты. Ценность таких людей – не в конкуренции с моделями, а в управлении искусственным интеллектом. Компании, которые инвестировали в людей ещё до эпохи зрелого ИИ, сегодня в гораздо более выигрышной позиции, чем те, кому придётся выстраивать эти компетенции с нуля сейчас, когда ИИ-ландшафт меняется с космической скоростью, – считает Александр Ведяхин.

В эпоху агентной экономики технологический суверенитет становится уже не только вопросом ИТ, но и вопросом экономической устойчивости

На ПМЭФ первый заместитель председателя правления Сбербанка Александр Ведяхин заявил, что страны, контролирующие ключевые ИИ-платформы, вычислительную инфраструктуру и инженерные компетенции, получают серьёзное преимущество в производительности экономики. Ключевой задачей ближайших лет станет формирование полноценной национальной ИИ-инфраструктуры

У России есть существенный потенциал: сильная математическая и инженерная школа, крупные технологические компании, высокий уровень цифровизации финансового сектора и государственных сервисов. Однако рынку пока не хватает масштабирования: вычислительных ресурсов, достаточного объёма инвестиций, широкого внедрения ИИ в корпоративный сектор и подготовки кадров нового поколения. Постепенно роль ИИ становится более активной – от умного интерфейса к автономным агентам, которым делегируются планирование, мониторинг, координация операций и управление типовыми сценариями. Ключевым при этом остаётся вопрос доверия и контроля: люди должны понимать, как ИИ принимает решения и кто несёт ответственность.

– Главный признак наступления агентной экономики – когда автономные интеллектуальные системы станут невидимой, но повседневной частью экономики. Так же, как сегодня мы не задумываемся о работе облачных сервисов или мобильного интернета. Мы поймём, что агентная экономика состоялась, когда компании начнут проектировать процессы изначально с учётом участия ИИ-агентов, а не «добавлять ИИ» поверх существующих моделей. Второй важный индикатор – резкий рост производительности интеллектуального труда: если сегодня цифровизация автоматизировала физические и транзакционные процессы, то агентные системы начинают масштабно автоматизировать именно интеллектуальную деятельность. И, наконец, ключевой показатель – изменение самой структуры организаций, появление гибридных команд, где люди и ИИ-агенты работают как единая система, – заявил Александр Ведяхин.

Агентная экономика – следующий этап развития цифровой экономики

На полях Петербургского международного экономического форума первый заместитель председателя правления Сбербанка Александр Ведяхин рассказал о переходе бизнеса к новой модели, где автономные ИИ-агенты становятся активными участниками производственных и управленческих процессов.

В новой модели ИИ-агенты берут на себя рутинные, аналитические и операционные задачи: анализируют данные, принимают решения в рамках заданных правил, взаимодействуют между собой и инициируют действия без постоянного участия человека. Если раньше цифровые системы были инструментами автоматизации, то теперь они становятся полноценными участниками бизнес-процессов. Компании уже переходят от экспериментов к внедрению ИИ-платформ, которые позволяют безопасно интегрировать генеративный ИИ и агентные сценарии в реальную деятельность.

– Мы переходим от экономики цифровизации к экономике автономных интеллектуальных действий. Совпало сразу три фактора: генеративный ИИ достиг зрелости для работы с логикой процессов и корпоративными знаниями, бизнес накопил огромный массив цифровых данных и инфраструктуры программных интерфейсов приложений (API-инфраструктуры), а также компании испытывают давление необходимости повышать производительность в условиях дефицита кадров. По сути, агентная экономика – это следующий этап, где ИИ-агенты решают не точечные задачи, а целые слои операционной работы. Особую перспективу агентная экономика открывает для государства – в сферах с большим объёмом регламентированных процессов: госуслуги, контрольные функции, обработка обращений граждан, аналитика, межведомственное взаимодействие. При этом важно понимать: агентная экономика – это не про полное исключение человека, а про перераспределение ролей. Человек отвечает за цели, правила, контроль и стратегию, тогда как ИИ берёт на себя основной массив операционной работы. На первом этапе мы увидим прежде всего радикальное ускорение и удешевление существующих процессов. Это наиболее быстрый и измеримый эффект: сокращение времени операций, повышение производительности труда, снижение транзакционных издержек, – рассказал Александр Ведяхин.

Аудит цифрового иммунитета: новая функция регулятора

Заместитель председателя правления Сбербанка Станислав Кузнецов призвал посмотреть на контрольно-надзорную функцию под новым углом – государственный аудит обязан оценивать не только финансовые затраты, но и киберустойчивость. Он заявил об этом на сессии «Технологический прорыв и трансформация контрольно-надзорной деятельности: новое качество регулирования», прошедшей на XXIX Петербургском международном экономическом форуме.

По мнению Станислава Кузнецова, нужен системный аудит цифрового иммунитета компаний – способности любой организации противостоять киберинциденту, адаптироваться и восстанавливаться. Цифровой иммунитет – новая мера зрелости киберустойчивости бизнеса и новая задача государственного аудита. Роль контрольно-надзорных органов – лидировать это направление, показывая, как совершенствовать работу по усилению защиты.

– Контрольно-надзорные органы сегодня должны научиться делать «прививку» любой организации, чтобы возник цифровой иммунитет. Такой иммунитет – это не набор инструментов, а свойство бизнес-системы: она не просто защищена, она сохраняет работоспособность во время атаки и способность восстанавливаться самостоятельно. Если бизнес не может пережить инцидент без потери функций и доверия клиентов, значит, цифрового иммунитета у компании нет. Нужен переход от парадигмы «построить стену» к парадигме «создать организм, который умеет болеть и выздоравливать». Контрольно-надзорные органы могут в этом помочь, – считает Станислав Кузнецов.

Станислав Кузнецов подчеркнул: сегодня нельзя ограничиваться только цифровой трансформацией. Эпоха «умного» регулирования требует оценки применения цифровых технологий и ИИ для прогнозирования последствий. Главный вопрос – не сколько платформ мы построили, а выдержат ли они серьёзные атаки. Если мы не научимся оценивать цифровую и киберзащиту так же строго, как финансовую дисциплину, риск потери устойчивости будет высок.

Цифровой иммунитет должен охватывать весь контур деятельности структур: каналы обмена данными, права доступа, подрядчиков и клиентов. Ключевой элемент защиты – способность цифровой системы быстро и управляемо реагировать на инцидент. Главная задача – не только скорость цифровой трансформации, но и надёжность, управляемость и киберустойчивость.

– Зафиксировали атаку – надо уметь ей противостоять. Если не смогли восстановиться – надо перестроить процессы, чтобы этого не повторилось. Но у нас сегодня, если случается инцидент, многие об этом молчат. Контрольно-надзорные органы могут привить и то, что стремление скрыть инциденты – опасно. Те, кто рассказывают о них и делятся опытом – делают всех нас сильнее, усиливают киберустойчивость всего бизнеса страны, – заявил Станислав Кузнецов.

В сессии приняли участие представители государственных органов, законодатели, бизнесмены, деятели культуры, зарубежные эксперты.

Бизнес и наука должны работать в тандеме для создания прорывных решений

Бизнесу необходимо выстраивать долгосрочное партнёрство с научными и образовательными учреждениями. Благодаря подобному сотрудничеству исследователи создают принципиально новые технологии и совершают научные открытия. Об этом заявил старший вице-президент, руководитель блока «Технологическое развитие» Сбербанка Андрей Белевцев на сессии «Экономика инноваций: о партнёрстве университетской науки и бизнеса» в рамках XXIX Петербургского международного экономического форума.

На сегодняшний день в рамках федерального проекта «Искусственный интеллект» Сбер поддерживает 11 из 13 центров ИИ на базе ведущих вузов – среди них Московский физико-технический институт (МФТИ), Сколтех, Институт точной механики и оптики (ИТМО), Иннополис и другие университеты. Более 600 сотрудников данных центров работаю над проектами банка. Кроме того, Сбер создает совместные лаборатории с вузами, что позволяет выстраивать работу с молодым поколением исследователей, находящуюся в строгом балансе между фундаментальной и прикладной науками.

– Помимо искусственного интеллекта мы развиваем и другие крайне перспективные направления. Например, около трёх лет назад мы начали заниматься фотоникой, и первые оптические процессоры стали результатом совместной работы научной группы. У нас есть собственный Центр квантовых технологий, который занимается фотоникой и активно взаимодействует с МГУ и МГТУ имени Баумана. Такое сотрудничество с государством и образовательным учреждением оказывается эффективным: мы в меньшей степени вкладываемся в фундаментальную науку – в неё вкладывается государство, поддерживая эти коллективы, а они, в свою очередь, обретают путеводную звезду, собственное направление, которое воплощается в продукте, создаваемом в короткие сроки, – поделился Андрей Белевцев.

Андрей Белевцев отметил, что еще одним важным вектором является обмен опытом, который происходит в том числе через участие талантливых специалистов в различных международных конференциях. Сегодня в мире наметился интересный тренд: многие ведущие конференции стали дублировать мероприятия, чтобы привлечь как можно больше исследователей. Например, Канада-Китай, Америка-Бразилия и так далее. Это открывает еще большие возможности для экспертов.

• Интереснейшие публикации иркутских СМИ — в соцсетях: ВКонтакте, Одноклассники, Telegram